М.М. Шумилов. "Торговля и таможенное дело в России: становление, основные этапы развития (IX-XVII вв.)"

Некоторые проезжие пошлины и сборы за предпродажное обслуживание приобретали не свойственный им прежде характер адвалорных ставок и взимались в виде установленного процента от таможенной стоимости товара. К примеру, в Вологде с цены явленной в продажу соли местные и приезжие торговые люди обязаны были заплатить «свалу» 0.3%.¹⁵⁴ Незадолго до принятия Торгового устава 1653 г. в Борисоглебской слободе Ярославского уезда местные покупатели платили с продажной цены товара «припуску» 1%: «...которые крестьянишка купят в Борисоглебской слободе на торгу какой товар и в контар припустят, и с того товаренку припуску имать с рубля по две денги».¹⁵⁵ Фискальным дополнением к тамге становился и «поворот». В Вологодской таможне поворотную пошлину взимали с явленных денег (на покупку) и товаров (в продажу) в размере 0.1%.¹⁵⁶ В заявлении нидерландских послов Бурха и Фелтдриля (1631) отмечались «некоторые неправильности», возникшие незадолго до того в практике взимания таможенных пошлин. Послы указывали думным дьякам на то, что мостовые, паузочные и дрягильские пошлины в Архангельске почему-то стали взиматься с цены товаров, тогда как прежде эти сборы были иными, а именно: мостовые и паузочные деньги взимались по 1.5 р. с каждого торгового человека или амбара, а дрягильские деньги уплачивались в зависимости от количества, объема и массы товара.¹⁵⁷ Согласно выписке из Приказа Большого прихода, учиненной по случаю приезда в Москву посла Франции с предложением дозволить французским купцам торговать в России (1629), с иностранных товаров, которые после доставки в Москву объявлялись «в отъезд», взимали проезжую пошлину по 1 д. с рубля¹⁵⁸ и т. д.

Приступив к осуществлению политики торгового протекционизма, правительство принуждало иностранных купцов к уплате таможенных пошлин в повышенном размере. Так, в 20—30-е гг. XVII в. условием экспорта русских товаров, привозимых в Архангельск из Москвы, становилась уплата пошлины в размере 0.5% таможенной стоимости, «если даже с этих товаров и были уже уплачены все государевы пошлины и тамги». В самом начале 50-х гг. XVII в. или несколько ранее за право привоза иностранцами своих товаров во внутренние города страны и вывоза русских товаров за границу с них стали взимать особую проезжую пошлину, заменившую головщину, мостовые, паузочные, дрягильские, грузовые, проезжие с судов, возов и саней пошлины и т. д. Вопреки своему названию новая пошлина имела адвалорное содержание и представляла собой исторический аналог экспортно-импортной пошлины. По свидетельству Иоганна де Родеса, в 1652 г. за право провоза товаров от Новгорода к Москве сверх привычной проезжей ставки, составлявшей «5 алтын с каждых саней», взималась пошлина в размере 1.5% с «невесчих» и 2% с «весчих» товаров. За право провоза товаров от Архангельска к Москве иностранцу также надлежало заплатить 1.5—2%. В Холмогорах с него дополнительно взималась грузовая пошлина в размере 0.5%; он также платил проезжую пошлину за провоз товара до Вологды в размере 12 коп. с воза, мыт или мостовую пошлину за провоз от Вологды до Москвы — 6 коп. с воза и в самой Москве — 15 коп. с воза. За право вывоза русских товаров за границу иностранец снова должен был заплатить 1.5—2% проезжей пошлины.¹⁵⁹

В этой связи трудно согласиться с С.Ф. Огородниковым в том, что ставка ввозной/отпускной пошлины в Архангельске в период с 1555 по 1649 г. постоянно составляла 5% со 100 талеров, поскольку такой пошлины в XVI — начале XVII в. вообще не существовало.¹⁶⁰ Недостаточно обоснованным представляется и вывод А.В. Демкина о том, что уже в конце XVI в. при провозе товаров из Архангельска вглубь страны с иностранцев дополнительно взималось 3—5% «в качестве проезжей пошлины». Автор допускает и ту неточность, что, определяя предельную норму таможенного обложения в конце XVI — первой половине XVII в. на уровне 7—8%, суммирует торговые пошлины, которые положено было платить с продажи привозных товаров в порубежных городах, с проезжими пошлинами, которые взимались за право провоза иностранных товаров во внутренние города страны.¹⁶¹

С конца XVI в. в порубежных городах таможенные пошлины с торговых иноземцев иногда назывались болшой таможенной пошлиной или болшой тамгой и записывались в таможенные книги отдельно от других сборов.¹⁶² Впервые на это явление обратил внимание Е.Г. Осокин, усмотрев в нем «первую мысль об отделении внешних таможен от внутренних».¹⁶³ И.М. Кулишер полагал, что «особой большой тамгой» назвалась пошлина, учрежденная в XVI в. специально для иностранцев.¹⁶⁴

Действительно, из царской грамоты двинским таможенным целовальникам (1588) следует, что в Архангельске «болшую таможенную пошлину» или «болшую тамгу» взимали исключительно с иностранцев и записи об этом фиксировались в особой таможенной книге (записи о взимании свальной и замытной, поворотной и анбарной пошлин производились в других таможенных книгах).¹⁶⁵ Однако можно предположить, что существовала и другая причина, побуждавшая к обновлению понятийного аппарата таможенного дела. Речь идет об утверждении в таможенной практике обычая начисления и взимания совокупных таможенных платежей, что не могло не отразиться в таможенном правосознании и нормах таможенного права. Отсюда представляется вероятным, что в состав упомянутой «болшой тамги» наряду с тамгой (рублевой пошлиной)¹⁶⁶ могли войти какие-то проезжие пошлины и сборы за предпродажное обслуживание, исключая «свальную», «замытную», «поворотную» и «анбарную» пошлины.¹⁶⁷

Уникальным источником, свидетельствующим об эволюции таможенного обложения в России, является таможенная книга Великого Новгорода 1610/11 г., отразившая ситуацию накануне шведской оккупации (июль 1611 г.). Она содержит ценнейшую информацию о внутренних таможенных сборах начала XVII в., принципах и размерах пошлинного обложения.¹⁶⁸

Документация таможенной книги свидетельствует о том, что еще задолго до введения единой рублевой пошлины на местах стремились к рационализации системы таможенных платежей. Так, в Новгороде в роли основного таможенного платежа в то время выступала «большая тамга». В зависимости от характера явленного товара (товаров) и местожительства торгового человека она имела свое особое название и фиксированный размер. Терминологическая конкретизация «болшой тамги» осуществлялась путем включения в каждое из ее видовых определений таких компонентов, как «поголовное», «узелцовое», «полозовое», «весовое», «порядное», за которыми прежде стояли особые пошлины.¹⁶⁹ К примеру, «большая тамга» в виде тамги и поголовного взималась с продажи скота, свежей рыбы, кожи, мехов, тканей, горшков, прочей кухонной утвари, сена, воска, дров, дегтя и многих других товаров. Ее размер с новгородских жителей не превышал 1% от продажной цены товара, зафиксированной в таможенной книге, с иногородних купцов — незначительно превышал 2%.

Оплате тамгой и поголовным и полозовым подлежали фактически те же самые товары: кожа, шкуры, лен, хмель, пенька, вяленая рыба, животное масло, сыр и т. д. Как правило, основанием для наложения этой пошлины служила запись в таможенной книге о доставке товара на возах (санях). Как и в предыдущем случае, ее размер с новгородца не превышал 1% от таможенной стоимости. Остальные торговцы были вынуждены оплачивать привезенный товар 2-процентной пошлиной. Исключением здесь являлся хмель, ставка обложения которого иногда достигала 2.5%.

Соленая икра и рыба в бочках подлежали в одних случаях тамге и поголовному и полозовому, в других — тамге и поголовному и узелцовым пошлинам, в третьих — тамге и поголовному и полозовому и узелцовым пошлинам. При этом размер таможенного обложения новгородцев достигал 1% стоимости товара или незначительно превышал его. С иногородних купцов, привозивших на продажу рыбу бочечного посола, взималась пошлина в размере 2.5%.

С явленной на продажу соли взимались либо тамга и поголовное и полозовое, либо пошлины с включением «узелцового» компонента. Это отразилось в названии «болшой тамги», видовой разновидностью которой стала тамга и поголовное и полозовое и узелцовые пошлины. Размер этой пошлины с новгородца устойчиво превышал 1%, а с иногороднего купца — 3%.

В тех случаях, когда явленная соль поставлялась в лубах, рогожах, мехах и учитывалась в таможне не только как «меримый», но и как «весчий» товар (имела фиксированную массу в берковцах и пудах), с нее как бы дополнительно взимался весчий сбор, который также включался в совокупный оклад «болшой тамги». Последняя становилась тамгой и поголовным и Полозовым весом и узелцовыми пошлинами с купцов и продавца (в явочных записях новгородцев) или тамгой и поголовным и Полозовым и весом и узелцовым (в явочных записях иногородних купцов). Обычно размер пошлины с «весчей» соли, поставленной новгородцами, незначительно превышал 2%. При этом уплата ее возлагалась не только на продавца, но и на покупателя. Ставка же пошлинного обложения иногородних торговцев, осуществлявших поставку «весчей» соли в Новгород, превышала 4% от таможенной оценки.

Товаром особого рода являлся мед. «Большая тамга», которой он облагался, вместо «полозового» и «узелцового» включала «весовой», а также «порядный» («подрядный») компоненты. При всех обстоятельствах размер пошлинного обложения меда, привозимого на продажу новгородцами, постоянно превышал 2% таможенной стоимости и был самым высоким в сравнении с обложением других товаров. С иногородних торговых людей чаще взыскивалась тамга и поголовное и полозовое и с меду весу и порядное, размер которой обычно превышал 3%.

Товары, явленные иностранцами, в таможенном отношении ничем не отличались от товаров иногородних торговцев. Вина, краски, сукна, порох, бумага, ладан, квасцы, металлы и другие ничем не выделялись из общей номенклатуры привозимых в Новгород товаров и подлежали тамге и поголовному и полозовому, размер которого составлял чуть более 2%.¹⁷⁰

В повседневной практике таможенным головам и целовальникам, ведавшим сбором пошлин, постоянно приходилось иметь дело с партиями разнородных товаров, которые являлись одновременно. Можно предположить, что это сильно затрудняло при начислении «болшой тамги».¹⁷¹ В то же время со взиманием замытной пошлины недоразумений никогда не возникало. При всех обстоятельствах ее размер устойчиво составлял 0.5% от таможенной оценки явленного товара (группы товаров), что позволяет установить средний размер «болшой тамги» в Великом Новгороде: средняя ставка последней с товаров, явленных новгородцами, составляла 1.15%, а с «приезжих людей» — 2.70%.¹⁷²

Прямые указания на характер и размер ставки «пошлины болшой», которая начиная с 40-х гг. XVII в. взималась в порубежном Архангельске, содержатся в царских грамотах, наказах и памятях на Двину (1649, 1654, 1659, 1667). Источники свидетельствуют, что она состояла из двух компонентов: во-первых, торговой пошлины с продажи товаров «не с весчих» (3%) и «весчих» (4%), и, во-вторых, единой пошлины за воженные, мостовые, дрягильские, анбарные и вообще за «всякие мелкие пошлины» со всех товаров (1%). Нетрудно подсчитать, что ставка «пошлины болшой» с продажи «невесчих» и «весчих» товаров в Архангельске достигла к тому времени 4—5% с цены. Она-то и была затем закреплена в Новоторговом уставе 1667 г.¹⁷³ Это подтверждается свидетельством Родеса о том, что еще до принятия Торгового устава 1653 г. в Архангельске взималось 4—5% с продажной цены привозных «невесчих» и «весчих» товаров.¹⁷⁴

Взималась ли «большая тамга» во внутренних городах страны? В любом случае, имеются основания утверждать, что уже в 1630—1640-х гг. московские таможенники применяли совокупные таможенные платежи. Только этим объясняется тот факт, что размер таможенного обложения импорта в русской столице составлял 4—5%. Согласно выписке из Приказа Большого прихода (1629), с товаров, явленных в Московскую таможню торговыми иноземцами, взимались пошлины «с товару с невесчего, с сукон, с камок, с жемчугу, с ефимков с рубля по осьми денег (4%. — М.Ш.), а с весчих со всяких товаров пошлин емлют по десяти денег (5%. — М.Ш.), да подужного, на котором возу товар привезут, емлют по гривне, да писчего и хереного с статьи по два алтына по четыре деньги...».¹⁷⁵ Имеются свидетельства и самих иностранцев о взимании в русской столице пошлин с продажи «невесовых» товаров в размере 4%, а «весовых» — 5%.¹⁷⁶

Как можно заметить, еще задолго до принятия Торгового устава 1653 г. в России складывались предпосылки к превращению многочисленных таможенных сборов, появившихся в период удельной раздробленности, в единую рублевую пошлину, ставшую с середины XVII в. основным таможенным платежом в Русском государстве.

Примечания

¹⁴⁴ Тихонов Ю.А. Таможенная политика... С. 268.

¹⁴⁵ Таможенная книга города Вологды 1634—1635 гг. С. 22—457. Порой среди весчих товаров упоминается хмель.

¹⁴⁶ См.: Тихонов Ю.А. Таможенная политика... С. 267—270.

¹⁴⁷ ААЭ. Т. 1. № 282.

¹⁴⁸ ААЭ. Т. 3. № 241. С. 360—361.

¹⁴⁹ Таможенная книга города Вологды 1634—1635 гг. С. 22—457.

¹⁵⁰ См.: ААЭ. Т. 1. № 14; СГГиД. Ч. 1. № 76, 77, 88, 89, 119, 120.

¹⁵¹ Сергеевич В.И. Лекции... С. 471.

¹⁵² Осокин Е. Внутренние таможенные пошлины... С. 102; Беляев И.Д. Рец. на кн. Е.Г. Осокина... С. 64.

¹⁵³ Базилевич К.В. К вопросу об изучении таможенных книг... С. 72; Николаева А.Т. Отражение... С. 259, 261.

¹⁵⁴ Таможенная книга города Вологды 1634—1635 гг. С. 22—457. Более того, свальное зачастую комбинировалось с другими сборами, которые в прежнее время взимались независимо друг от друга. Так проявились пошлины: свалу и явки, свалу и отвозу, пошлин и свалу и явки, пошлин и свалу и явки и отвозу, свалу и полозовщины, с воза свалу и повороту, повороту и свалу, весу и свалу, записки и на бумагу, рублевого и весу, свалу и замыту, гостиного, записки и на бумагу, свалу и номеру и за откуп коморного и др. (см.: Там же; Памятники южновеликорусского наречия. С. 81—259).

¹⁵⁵ Шемякин А.И. История таможенного дела... Приложение № 16. С. 183.

¹⁵⁶ Таможенная книга города Вологды 1634—1635 гг. С. 22—457.

¹⁵⁷ Кордт В.А. Очерк сношений... С. 270; Отчет нидерландских послов... С. 97—99.

¹⁵⁸ СГГиД. Ч. 3. № 80.

¹⁵⁹ См.: Курц Б.Г. Состояние России в 1650—1655 гг. по донесениям Родеса. М., 1914. С. 131—132, 175, 177; Кордт В.А. Очерк сношений... С. 270—271. При отправке русских товаров из Москвы в Архангельск и дальше за границу иностранец избавлялся от уплаты пошлины, если стоимость вывозных товаров не превышала цены ввезенных. В противном случае излишние товары оплачивались пошлиной в размере 4—5%. Кроме того, за проезд от Москвы до Вологды полагалось заплатить «узолки» (3 коп. с воза), «мыт» (6 коп. с воза), «проезжую» (12 коп. с воза) и «грузовую» пошлину в Холмогорах в размере 0.5% (Курц Б.Г. Состояние России... С. 175, 177, 179).

¹⁶⁰ Огородников С.Ф. Очерк истории города Архангельска // Морской сборник. 1889. № 10. С. 133.

¹⁶¹ Демкин А.В. Западноевропейское купечество... Вып. 1. С. 61. Можно согласиться с А.В. Демкиным в том, что норма предельного таможенного обложения в первой половине XVII в. действительно составляла 7—8%. Однако она достигалась путем арифметического сложения ставок «проезжей пошлины» с иностранцев (1.5—2%), «рублевой пошлины», которую им приходилось платить в Москве (4—5%), и сохранявшихся проезжих и других мелочных сборов.

¹⁶² См.: Уставная таможенная грамота двинским таможенным целовальникам 1588 г. С. 410.

¹⁶³ Осокин Е. Внутренние таможенные пошлины... С. 106.

¹⁶⁴ Кулишер И.М. История... С. 181. Косвенным подтверждением этой версии служит тот факт, что в самой ранней из обнаруженных к настоящему времени Двинских таможенных грамот — Двинской уставной таможенной грамоте 1560 г., — характеризующей ситуацию на начальный период освоения торговыми иноземцами сухоно-двинского пути, отсутствует всякое упоминание о взимании «болшой тамги» (см.: Чаев Н.С. Двинская уставная таможенная откупная грамота... С. 199—203).

¹⁶⁵ ААЭ. Т. 1. № 338.

¹⁶⁶ Ссылаясь на сведения иностранцев, А.В. Демкин указывает, что в Архангельске с 80-х гг. XVI в. «пошлина составляла 1.5—2% (в зависимости, вероятно, от того, был ли товар весчим, или не весчим)» (Демкин А.В. Западноевропейское купечество... Вып. 1.С.61).

¹⁶⁷ Для сравнения, в Холмогорах иностранные купцы (кроме пожалованных англичан) должны были платить с продажи своих «невесчих» товаров 2%. Дополнительно с них взимались замытная, весчая (с «весчих товаров»), судовая проезжая пошлины, посаженное, поголовно е и некоторые другие таможенные сборы (ААЭ. Т. 1. № 338).

¹⁶⁸ Таможенные книги Великого Новгорода 1610/11 и 1613/14 годов/Под ред. В.Л. Янина. СПб., 1996.

¹⁶⁹ Отдельно от «болшой тамги» взимались лишь замыт, поворотное, проезд и анбарное.

¹⁷⁰ См.: Шумилов М.М. Русские таможенные пошлины С. 56—61.

¹⁷¹ Иногда таможенники отдельно фиксировали цену меда и соли — товаров, особо рентабельных в таможенном отношении. При этом, однако, «большая тамга» начислялась со всей товарной партии.

¹⁷² Таможенные книги Великого Новгорода... С. 84, 199; Шумилов М.М. Русские таможенные пошлины... С. 59.

¹⁷³ ААЭ. Т. 4. № 111. с. 152; ДАИ. СПб., 1848. Т. 3. № 55. С. 185—186; № 116. С. 406; 1853. Т. 5. № 40. С. 181; Изюмов А.Ф. Размеры русской торговли XVII века через Архангельск в связи с необследованными архивными источниками // Известия Архангельского общества изучения Русского Севера. 1912. № 6. С. 257.

¹⁷⁴ Курц Б.Г. Состояние России... С. 175, 177.

¹⁷⁵ СГГиД. Ч. 3. № 80.

¹⁷⁶ Кордт В.А. Очерк сношений... С. 271; Курц Б.Г. Состояние России... С. 131, 177.

<<   [1] ... [60] [61] [62] [63] [64] [65] [66] [67] [68] [69] [70] [71] ...  [88]  >>